Андрей Сафонов

Самые разные люди – от металлургов до художников – все чаще прибегают к протесту. Причем далеко не всегда из-за материальных неурядиц. Значит, проявления бунта нельзя списать лишь на глобальный финансовый кризис.

Случай в «Золотом ключике» особенно показателен: не повышения зарплаты требует Надежда Рогова, а элементарного уважения к себе и здоровью своих подопечных.

Зачем идти на крайности? Ответ, на мой взгляд, очевиден. Люди вынуждены использовать те формы дискуссии, на которые власть (любая – от заведующей детским садом до президента) хоть как-то реагирует.

Происходящее – следствие того негласного «общественного договора», который за последние годы сформировался в большинстве сфер нашей жизни.

Напомним несколько пунктов.
Пункт первый: начальник всегда прав.
Пункт второй: если начальник не прав, убедить его в этом может лишь еще больший начальник.
Пункт третий: официальное обращение подчиненного в «верхи» – предательство. Кстати, фраза о том, что заслуженный воспитатель своей голодовкой позорит город, показательна. В ней и чиновничий страх перед любыми формами протеста (который люди, естественно, видят и все чаще используют), и привычка путать собственный позор с унижением Родины.
Пункт четвертый: протест – преступление, виноват в котором не только протестующий, но и тот, кто факт возмущения допустил.

В такой ценностной парадигме единственная возможность повлиять на руководство – публичный отказ от пищи. Потому что такой «сор» в отдельной муниципальной избе не удержать и тогда, глядишь, хоть что-то изменится.